26 апреля в Великих Луках прошли памятные мероприятия, посвященные 40-й годовщине аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Местные ликвидаторы собрались у памятного знака на набережной Ловати, после чего продолжили встречу в краеведческом музее. Об этом сообщает Газета Великолукская правда.
Руководитель центра патриотических инициатив имени А.М. Матросова, Е.П. Кондратович, обратилась к собравшимся, напомнив о важности этого события:
– Мы с вами собрались, чтобы вспомнить эту трагическую дату – 40-летие со дня страшной аварии на Чернобыльской атомной станции, почтить память великолучан-ликвидаторов, которых было больше трёхсот человек. Они справлялись с этой бедой, как могли. Себя они не пожалели, не пожалели своё здоровье, выполнили свой долг перед Родиной, перед настоящими и будущими поколениями.
Елена Павловна также отметила, что в истории не существует армии, способной одолеть русский народ в тяжелые времена, о чем свидетельствуют воспоминания фронтовиков, с которыми она общалась:
– Все победители очень твёрдо об этом говорили. Все интервью, которые я брала у фронтовиков Великой Отечественной войны – Д.А. Халтурина, А.В. Орехова, М.В. Хайлова и других, – именно об этом. Они всегда говорили: «В любой момент наш русский парень будет всегда спасать не только себя, но и других». Что и произошло.
Важным моментом встречи стал показ документального фильма о событиях того времени. Среди участников ликвидации был и А.П. Белоголовкин, который поделился своими воспоминаниями о тех ужасных днях:
– 1986 год, мне в то время было 24 года. В 1984-м я окончил Горьковский инженерно-строительный институт. Распределили в Великие Луки, на завод ЖБК (железобетонных конструкций).
Андрей Павлович рассказал о том, как его призвали в армию и как он оказался в Чернобыле. Он вспоминает, что все было организовано четко и по плану:
– Мне выдали билеты на самолет Псков – Великие Луки – Минск – Киев. В великолукском аэропорту я сел на этот самолет и прилетел в Киев. 24 пацана, рюкзаки за плечами. Нам дали адрес, куда нужно явиться. Мы приехали в контору, которая занималась кадрами. Они посмотрели наши личные дела и выдали такие небольшие записочки, куда каждый должен поехать.
Он также рассказал о том, как проходило их обучение и работа в пионерском лагере, куда они прибыли:
– В лагере нас собралось 400 офицеров, все мы были офицерским составом, специалистами, каждый в своей области. Питание было в столовой, все было организовано очень чётко. Нас предупредили, что работать придется без выходных.
А.П. Белоголовкин вспомнил, как каждый день они ездили на работу по 90 километров, и какие трудности приходилось преодолевать:
– Самое тяжелое время было в апреле – мае 1986 года, потому что радиация была страшная. Вся таблица Менделеева «высыпалась», и это было впервые. В истории такого еще не было, и никто не понимал, как все это убирать, как защищать людей.
Андрей Павлович также рассказал о том, как было организовано строительство саркофага, который должен был укрыть разрушенный реактор:
– Я приехал туда в июле 1986 года. А саркофаг мы достроили к декабрю 1986-го. Темпы были просто бешеные. В строительстве участвовало около 550 тысяч человек.
Он выделил важность работы Министерства среднего машиностроения в ликвидации аварии, упомянув о том, что эта организация курировала все атомные проекты в стране:
– Я вообще не знал, что есть такое Министерство среднего машиностроения. На тот момент это было закрытое министерство, самое мощное и сильное в Советском Союзе. Оно курировало весь атомный проект: атомные станции, урановые рудники, горнодобывающие предприятия…
А.П. Белоголовкин подробно рассказал о том, как строился саркофаг, и о технике, которая использовалась в процессе:
– Все работы велись посменно, но одновременно на стройке трудилось около 100 тысяч человек. Мы работали в 10 километрах от АЭС. На заводе мы работали инженерами, в течение дня постоянно отбирали пробы бетона, контролировали его качество.
Он также отметил, что никакой специальной защитной одежды им не выдавали, а работа проходила в обычной спецодежде:
– Утром, в половине седьмого мы были в автобусе. Работаешь целый день, потом выезжаешь из зоны на автобусе. Если более-менее нормально, проезжаешь.
Андрей Павлович заключил, что молодость и командный дух помогли им справиться с ужасными условиями работы:
– Думаю, потому что пацаны были молодые. В основном все, с кем я жил, были в возрасте 24–27 лет.
Эта встреча стала важным напоминанием о подвиге людей, которые, рискуя своей жизнью и здоровьем, стали на защиту будущих поколений.